Память всякого Святого, делающая его день
праздником, является предметом общей радости и
для народа и для городов, и для граждан и
правителей, и бывает доставительницей
величайшей пользы для всех празднующих ее.
Потому что "память праведного с похвалами",
говорит мудрый Соломон (Притч. 10, 7); "похваляему
же праведному возрадуются людие". Потому что
как ночью зажженый светильник являет свет для
удобства и удовольствия всех присутствующих, так
и богоугодное житие каждого из Святых и
соответствующая сему блаженная кончина, и за
чистоту жизни даемая ему от Бога благодать, как
некий светлый светильник, внесенный памятью в
нашу среду, дает собравшимся общую радость и
пользу. И как при хорошем урожае земли, не только
земледельцы, но и все люди радуются: потому что от
плодов земли бывает общая для всех радость; так и
плодоприношение, путем добродетели, которое
приносят Святые Богу, радует не только
Земледелателя душ, но и - всех нас, как нечто
предложенное в общее наслаждение и пользование,
поскольку и находясь в сей жизни все Святые
являют собою понуждение к добродетели для всех
разумно слушающих и взирающих на них: потому что
они являются одушевленными образами добродетели,
торжественными возвестителями всего
прекрасного, живыми и вещающими книгами о том,
что направляет на лучший путь, и перенося нас
чрез воспоминание тех прекрасностей в них, из
здешней жизни, подают нам от себя бессмертную
пользу. Память же их доброделания является их
похвалой, долженствующей им от нас за их бывшую
ранее помощь, которая и ныне нам полезна,
вследствие той помощи, которая и теперь
проистекает нам от них.
Напоминая их дела, мы ничуть не преувеличиваем
их добрые качества, потому что как бы это могло
быть, когда мы даже не в силах представить всю
добродетель их? Ибо и стремились они к почести
неизреченных обетованных от Бога наград, и
должны были явить, насколько это возможно для
человеческой природы, соответствующий образ
жизни, т.е. - превосходящий всякое слово. Итак,
восхваляя их, мы не приумножаем присущие им
награды, - прочь самая такая мысль! - но
приумножаем блага, проистекающие от них на нас,
на нас, которые простираемся к ним как бы к неким
богосиянным Светочам и показанную ими силу
доброделания осознаем и все больше и больше
воспринимаем. Если же память всякого Святого, как
мы сказали, совершается нами с гимнами и
соответствующими восхвалениями,то насколько
более - память Петра и Павла, самого Верха
Корифейства Апостольского лика, - которые
являются общими Отцами и Вождями всех нареченных
именем Христовым: Апостолов, Мучеников,
Преподобных, Священников, Иерархов, Пастырей и
Учителей, а также всех пасомых и учимых, как сущие
Архипастыри и Строители общего всем Благочестия
и добродетели; и как Светила слово жизни в мире
содержащие настолько надъосиявающие
просиявающих в добродетелях, насколько солнце -
иные светила; или - как небеса небес, возвещающие
в вышних славу Божию, настолько превосходящие
величину небес и красоту звезд и скорость того и
другого и порядок и силу, насколько они возвещают
и то, что превышает материальный мир, относясь к
области сверх-небесных и сверхмирных откровений,
и являют Свет, Которому нет смены или преложения
тени, не только выводя из мрака в этот чудный Свет,
но и раздачей его делая участниками и чадами
совершенного Света, так чтобы каждый из них во
время будущего Пришествия во славе и явления
Светоначальника и Богочеловека Слова мого
просиять, как солнце. Таковые Светила вместе друг
с другом восшедшие для нас сегодня, озаряют
Церковь: ибо сочетание их не затмение производит,
но - преизбыток света; ибо отнюдь дело не обстоит
так, что одно, обходя, помещалось бы выше другого,
в то время как другое совершало бы течение ниже
его, так чтобы на своем ходу могло бы покрыть
тенью другое; ни - то, что бы одно испускало свет, а
другое воспринимало бы оттуда испускаемый свет,
так чтобы на основании сего подвергаться
изменениям (фазам), то так то иначе получая свет,
по мере расстояния между ними; но оба в равной
степени причащаясь Христа, Сего Приснотекущего
Источника вечного Света, они возобладали и
равной высотой и славой и сиянием. Поэтому это
сочетание является взаимным сцеплением этих
Светил, доставляющее душам верных сугубое
озарение.
Но первый отступник (диавол), который привел к
тому, что первый человек отступил от Бога, видя
как Создавший Адама, отца человеческого рода,
теперь снова создает - Петра, следующего Отца
рода истинных почитателей Бога, да и не только
видя, но и слыша, как Он говорит ему: "Ты еси
Петр, и на сем камени созижду церковь мою" (Мф.
16, 18); узнав это, началозлобный наводит то же
самоубийственное зло Петру, Родоначальнику
Богопочитателей, что и некогда Адаму,
Родоначальнику рода человеческого. Зная же, что
Апостол Петр украшен благоразумием и пламенеет
любовью ко Христу, он не дерзает напасть напрямик,
но как бы с флангов, и то - с правых, и великим
обманом вводя его в заблуждение, устрояет его
устремиться на то, что превышает должное: так во
время Спасительной Страсти, когда Господь сказал
Своим Ученикам: "Вси вы соблазнитеся о Мне в
нощь сию", он не верую сему, возразил. И не
только это, но и поставил себя выше остальных,
говоря: "Аще и вси собланятся, но не аз" (Мф. 26,
33; Мк. 14, 29); выставляет себя в сравнении с
остальными, как бы, вследствие дерзости, сбитый с
пути, дабы и более прочих (затем) смирившись, со
временем явиться более светлым; не как Адам,
который подвергнувшись искушению и на короткое
время быв побежден, затем победить искусителя.
Каким образом? - Немедленным осуждением себя и
великой печалью и покаянием, и сильнейшим
врачевством для умилостивления Бога - слезами;
ибо - "сердце сокрушенно и смиренно Бог не
уничижит" (Пс. 50, 19); и: - "печаль бо яже по Бозе
покаяние нераскаянно во спасение соделовает"
(2 Кор. 7, 10); и: - "сеющий в слезах" - молитву, "в
радости пожнет" - отпущение грехов.
Исследовав предмет, можно увидеть, что он не
только довлеюще излечил, путем покаяния и тяжкой
скорби, то отречение, в которое был увлечен, но и
далеко отстранил от себя порок дерзости,
вследствие которого поставил себя выше других. И
желая всемпоказать это, Господь, после Своей по
плоти Страсти ради нас и по тридневном Восстании
из мертвых, говоря ныне читанными в Евангелии
словами, обращается к Петру: "Симоне Ионин,
любиши ли Мя паче сих" (Ин. 21, 15 сл.); т.е. Моих
Учеников? Это, заметь, ради того, чтобы обратить
его к большему смирению; потому что раньше, и не
будучи вопрошен, он оставил себя выше прочих,
говоря: "Если и все (соблазнятся), но не - я", а
теперь вопрошаем: - больше ли он любит (Христа, чем
прочие), - он подтверждает свою любовь, но то - что (любит)
больше других, это пропускает говоря: "Ей,
Господи, Ты веси, яко люблю Тя". Что же - Господь?
- Поелику Петр показал, что он не отпал от любви к
Нему, и к тому же восприял в добавление к сему
смирение, открыто исполняет обещание, некогда
данное ему, и говорит ему: "Паси агнцы Моя";
потому что когда Он пожелал собрание верующих в
Него назвать "зданием", то тогда Он
возвещает, что положит его основанием сего: "Ты
еси", говоря, "Петр, и на сем камне созижду
церковь Мою" (Мф. 16, 18). Когда же слово было о
рыбной ловле, то Он творит еог ловцом человеков:
"Отселе", говоря, "будеши человеки ловя"
(Лк. 5, 10); когда же именует Своих "овцами",
делает Петра Пастырем: "Паси", говоря, "агнцы
Моя, паси" овцы Моя".
На основании же сего долженствует обратить
внимание, братие, каким великим желанием Господь
хочет нашего спасения: оно до такой степени
велико, что нечего иного не трбует Он от любящих
Его, как то - чтобы направляли нас на пастбище и в
ограды спасения. Пожелаем же и мы также нашего
спасения и делом и словом окажем послушание
вводящим нас в оное. Потому что достаточно
каждому из нас пожелать постучаться в двери,
ведущие ко спасению, как немедленно явится
проводник, уготованный общим Спасителем, и
руководитель ко спасению, который, исполненный
человеколюбия, весьма и весьма - готов, как бы сам
явившийся без зова, а лучше сказать, как сам
просящий. Три же раза Христос вопрошает Петра,
дабы три раза отвещавая, он исповедал доброе
исповедание, и чрез троекратное исповедание
исправил троекратное отвержение, и трижды
поставляет его Пастырем Своим агнцам и овцам,
предлагая Петру также и три чина спасаемых:
рабство, наемничество и сыновство, т.е. - честный
брак, целомудренное вдовство и девственность.
Но Петр, снова и, затем опять будучи вопрошаем:
любит ли он Христа, - огорчился, говорится,
вследствие повторения вопрошения его, полагая,
что ему не верят. Зная же, что он любит Христа, и не
не ведая и то, что Вопрошающий лучше знает его,
чем даже он сам себя, как бы отовсюду стесненный,
исповедует: не только что он любит, но и возвещает,
что и Любимый им является Богом всего, говоря: "Ты,
Господи вся веси; Ты веси яко люблю Тя"; потому
что "все знать" свойственно только Богу
всего. Сотворившего же от души такое исповедание
Господь нетолько рукополагает Пастырем и
Архипастырем всей Своей Церкви, но и обещает
опоясать его такой силою, что и даже до смерти, и
то смерти крестной, он будет твердо стоять; тот,
который прежде чем обладал этой силой, не вынес
вопроса и спора с одной девицей. "Аминь, аминь
глаголю тебе", говорит ему Христос, - "егда
был еси юн" и в телесной и в духовной молодости,
"поясался еси сам", то есть пользовался
своими собственными силами, "и ходил еси, аможе
хотел еси", двигаясь по своей воле и живя
согласно присущему твоей природе образу жизни;
"егда же состареешися", достигнув крайнего и
телесного и духовного возраста, - "воздежеши
руце твои"; этими словами означая смерть через
крест и свидетельствуя, что протяжение на нем не
будет для Петра недобровольным; итак, "воздежеши
руце твои, и ин тя пояшет", т.е. укрепит, "и
ведет, аможе не хощеши", как это свойственно
людям, поскольку естество не хочет своего
разрушения, производимого смертью; этими словами
показывает связь нашего естества с жизнью и что
мученичество Петра превосходит естество; ибо это
ты добровольно перенесешь ради Меня и ради
свидетельства о Мне, будучи укреплен Мною, потому
что естество не рождено таким, чтобы желать того,
что превосходит естество.
Но таков, вот, Петр, как на основании малого
можно было познать. Что же Павел, и какой язык,
лучше сказать - какие и коликие языки могли бы
хоть частично представить его стойкость за
Христа даже жо смерти? - Павел, который ежедневно
умирал, лучше же молвить - всегда пребывал
мертвым, уже живя не себе, как он говорит, но имея
живущего в нем Христа! По причине любви ко Христу,
он не только все настоящее считал за уметы (отбросы),
но и будущее у него занимет второе место при
сравнению с любовью, ибо он говорит: "Известихся
бо, яко ни смерть, ни живот, ни настоящая, ни
грядущая, ни высота, ни глубина возможет нас
разлучити от любве Божия, яже о Христе Иисусе" (Рим.
8, 38, 39). Имел же он такую ревность о Бозе так чтобы
сделать, чтобы и мы ревностью ревновали о Бозе. И
кому из всех, разве лишь только Петру, он уступит
в тождественном качестве души? Но каков он по
смирению? - Снова послушай, что он сам о себе
говорит: "Аз есмь мний Апостолов: иже несмь
достоин нарещися Апостол" (1 Кор. 15, 9). Итак, что