«Правило веры и образ кротости, воздержания учителя яви тя стаду тво-ему Яже вещей Истина: сего ради стяжал еси смирением высокая, нищетою богатая...» В этих словах общего тропаря Святая Церковь объясняет нам, каким она видит святого епископа, то есть святителя Церкви. Иначе можно сказать, что сама Истина, которую исповедовал епископ, даёт нам его как «правило веры», как пример праведной жизни. Если святитель учил воздер-жанию и другим добродетелям, значит, он их имел, и потому стяжал высо-ту смирения, а нищета его во Христе сделала его воистину богатым. В наи-большей полноте идеал святителя именно русской Церкви был раскрыт в XV веке агиографом Паисием Логофетом, который даёт нам словесный образ-икону святителя: «освящен от чрева матери», «от Бога почтен архи-ерейством», «наставник человеков», направляющий их «ко спасенному пу-ти». Агиограф Пахомий особенно настаивает на общественном исповедни-честве епископа. По его словам, святители приняли «велики беды от не-честивых» и почитаются «с мученики и выше мученик». Особо строгое от-ношение у святителя к богатым и сильным мiра сего: он «обидимым по-мощник, ... заступник», а главное, «сильных не устыдися». Святители со-ставляют особый чин святых, явившийся третьим по времени в истории Церкви после мучеников и преподобных. Важно подчеркнуть, что еписко-пы увенчиваются Церковью не только за аскетические подвиги. Подвиг святителя соединяет в себе иноческие труды с особым церковным служени-ем. Первые прославления святителей относятся к IV веку, когда почти все святители были исповедниками, гонимыми за защиту православия против ересей. В учительстве, в защите чистоты веры и в служении ко спасению всех – особый характер святительского подвига.

Что же в жизни Вл. Митрополита Филарета являет его святителем наше-го времени? За что прославил его Господь на небе наряду с великими свя-тителями древности и со всем сонмом святителей Церкви Русской, и поче-му мы теперь готовы прославить его церковно и на земле?

Будущий Владыка Митрополит, в мiру Георгий, родился 22 марта 1903 года в Курске, в семье протоиерея Николая Вознесенского, выпускни-ка Московской Духовной Академии. Впоследствии о. Николай был одним из лучших священников на Дальнем Востоке, а ещё позже – епископом Ди-митрием Хайларским. Владыка Филарет, как и многие святители, был «освящен от чрева матери». В своём Слове при наречении во епископа он рассказывал об этом так: «В моей жизни, в её детские и юные годы вряд ли есть что-либо особо заслуживающее внимания, кроме, быть может, ... когда я малым ребенком ... любил “играть в службу”: делал себе подобие церков-ного облачения и “служил”. А когда родители стали мне это запрещать, то Владыка Евгений ... наблюдавший мою “службу” ... твердо их остановил: “Оставьте, пусть мальчик ‘служит’ по-своему. Хорошо, что он любит Бо-жию службу”». Несмотря на раннюю любовь к службе, Владыка всё же со-знавал, что в детстве и юности его приверженность к Церкви была скорее формальной: «Живя в семье священника, видя и наблюдая жизнь и труды отца, строгого и благоговейного пастыря и служителя Церкви, я, естествен-но, привык к Божьему храму и службе. Но это было по существу нечто только внешнее ... ничего или почти ничего глубокого, внутренне осознан-ного и сознательно принятого, увы, еще не было в этом».

В 1909 году семья Вознесенских переехала в Благовещенск-на-Амуре,
а в 1920 году, как только власть на Дальнем Востоке перешла к больше-
викам, – в Харбин. Здесь Владыка завершил техническое образование, по-лучив профессию инженера-электромеханика, а потом получил духовное, окончив первым учеником пастырско-богословские курсы, организованные его отцом и впоследствии преобразованные в Богословский факультет при русском Институте святого князя Владимiра. Построенный специально для русских железнодорожных служащих, Харбин оставался на китайской тер-ритории типичным русским провинциальным городом конца XIX века в те-чение еще четверти века после революции. В городе было 26 православных храмов, и отец Владыки, прот. Николай, настоятельствовал в одном из са-мых больших и благолепных – Иверском храме. Русское население жило
в Харбине обособленно, мало общаясь с китайцами, и даже передача же-лезной дороги в 1924 году советскому правительству сравнительно мало повлияла на традиционно-православный уклад жизни. Владыка Филарет вспоминал о годах, прожитых там, как о самых счастливых и светлых в его жизни. Рассказы его напоминали повести Шмелёва или Никифорова-Вол-гина: тихий, спокойный патриархальный быт, добрые, тёплые отношения с родными и близкими, а главное, – вся жизнь проникнута и освящена Цер-ковью, всё способствует к стяжанию благодати и спасению души.

В Харбине, в студенческие годы, произошел перелом в духовной жизни Владыки. «Словно громовым ударом ... словно ослепительный свет – свет истинного, настоящего, христианского понятия о жизни и смерти, о смысле жизни и о значении смерти, засиял... – и началась новая внутренняя жизнь... Все светское, все “мiрское” потеряло свой интерес...». Вскоре пос-ле этого, в 1930 году, Георгий Николаевич был рукоположен в сан диако-
на целибатом, и, несколько месяцев спустя, во иерея. Почти одновремен-
но о. Георгий принял монашеский по-стриг с наречением имени в память св. прав. Филарета Милостивого, и стал жить и подвизаться при харбин-ском Доме Милосердия, устроенном известным камчатским миссионером, епископом Нестором. При Доме Милосердия, объединявшем в себе приют для сирот и богадельню для престарелых, образовалась маленькая мона-шеская общинка, в которой и состоялось формирование Владыки Филарета в монаха-подвижника и священника-пастыря. Эти годы он тоже часто вспо-минал как самые счастливые, много рассказывал о работе с детьми из при-юта и приходской молодежью, о любимых богослужениях в храме Дома Милосердия, о своих друзьях среди братии, особенно о будущем архиепис-копе Нафанаиле (Львове), с которым они «прожили восемь лет в одной келье и ни разу не поссорились», об о. Иннокентии (Быстрове) и о рано скончавшемся иеромонахе Мефодии. Уже тогда Владыка Филарет просла-вился как «пастырь добрый» – ревностный служитель алтаря, талантливый проповедник и педагог, участливый, сострадающий духовник. Многие сот-ни, если не тысячи, его пасомых, духовных чад, учеников и просто знако-мых того времени на всю жизнь сохранили память о нём как о человеке, ко-торый изменил их жизнь, – обратил их к Богу, привёл в Церковь и наставил на путь к спасению. Как любимый им Кронштадтский Пастырь, Владыка Филарет «всем сердцем и умом житие во Христе возлюбил», и как почитае-мый им свят. Иоанн Шанхайский, воистину имел «попечение о пастве сво-ей в странствии ея, сердцем ко всем распространяясь».

Это спокойное и безмятежное, хотя бы только в духовном смысле, вре-мя пришло к концу в 1945 году, когда власть в Маньчжурии перешла к ком-мунистам – сначала советским, а потом китайским. Русским эмигрантам стали предлагать советские паспорта и звать «домой», на родину. Говори-ли, что война кончилась, «товарищ Сталин всех простил», и теперь в Со-ветском Союзе якобы «всё стало хорошо». Дальне-восточные епархии, с двадцатых годов входившие в состав Зарубежной Церкви, но не успевшие
к этому времени наладить связь с восстановленным центром церковной администрации в послевоенной Германии, поверили фальшивым сведени-ям об изменениях церковной ситуации в Советском Союзе, приняли цер-ковную власть Московской патриархии, созданной Сталиным, что неиз-бежно привело ко многим «вынужденным» предательствам: русские свя-щенники на Дальнем Востоке стали поддерживать лживую политику, пол-ностью отрицав-шую гонения или притеснения верующих в Советском
Союзе, и даже стали повторять лживые, раболепные и кощунственные
высказывания о гениальности Ленина и мудрости Сталина. Один только о. Филарет, тогда уже архимандрит и настоятель Иверского храма, отказал-ся поминать безбожную власть и молиться о ней, не благословлял свою паству брать советские паспорта, отказывался служить напутственные мо-лебны возвращенцам, и открыто обличал Московскую патриархию во лжи и предательстве.

Конечно, такая его деятельность не могла продолжаться безнаказанно. От церковных властей последовал запрет о. Филарету проповедовать с ам-вона, а от советских – поджог его дома. Владыка чудом спасся тогда из ог-ня, но последствия пожара – паралич правой стороны лица и слегка по-врежденные голосовые связки – давали себя знать до конца жизни. Для о. Филарета, по его словам, «всё более и более явной становилась внутрен-няя неправда той линии, по которой шла иерархия патриархии, и та фальшь, которая вносилась этим в церковную службу и церковную жизнь», и, несмотря на «настойчивое отгораживание от ... фальши и лжи, от ... лже-церковности», он мучился канонической зависимостью от Московской пат-риархии, ощущая её как «бремя тяжкое, как беда неизбывная», и оставался он в этой юрисдикции и не прекращал служения единственно ради паствы.

Стремясь вернуться в лоно Зарубежной Церкви, архимандрит Филарет всеми возможными путями поддерживал связь с Митрополитом Анастаси-ем и пытался покинуть коммунистический Китай. Хлопоты о выезде тяну-лись почти десять лет – с 1953 по 1962 год, когда Владыке, наконец, уда-лось эмигрировать в Австралию. По принесении покаяния, о. Филарет был принят в Зарубежную Церковь и почти сразу же хиротонисан во епископа Брисбенского, викария Австралийской епархии. К этому времени уже было известно желание Владыки Митрополита Анастасия удалиться на покой. Началась подготовка к Собору и выборам нового Первоиерарха.

Владыка Филарет не раз рассказывал, как на прощальной встрече, неза-долго до его отъезда в Нью-Йорк, кто-то из его духовных чад сказал: «Вла-дыка, а может Вас выберут Первоиерархом?!» Все присутствующие гром-ко, весело рассмеялись: настолько это казалось неправдоподобным, даже абсурдным. Но «не суть бо совети Мои, якоже совети ваши: ниже якоже путие ваши, путие Мои, – глаголет Господь. – Но якоже отстоит небо от земли, тако отстоит путь Мой от путей ваших, и размышления ваша от мысли Моея», – было сказано ещё в Ветхом Завете. Всё случилось именно так, как сказано: в праздник Преполовения Пасхи 1964 года Владыка Фи-ларет был единогласно избран третьим Первоиерархом Русской Зарубеж-ной Церкви. Кандидатуру Владыки предложил Святитель Иоанн Шанхай-ский, старейший из архипастырей после Митрополита Анастасия. В то вре-мя архипастыри, как и вся русская эмигрантская церковная обществен-ность, переживали смуту, возникшую в связи с постройкой нового собора в Сан-Франциско и послужившую поводом для перевода святителя Иоанна из Европы на Западно-Американскую кафедру. Приехав в Штаты, святи-тель поддержал именно тех людей, которых многие в зарубежном Синоде считали бунтовщиками, и получилось так, что ко времени Собора напряже-ние не только не разрешилось, но и усугубилось. На выборах Первоиерар-ха голоса разделились поровну: одна половина за святителя Иоанна, а дру-гая – за архиепископа Никона, кандидата Митрополита Анастасия и «сино-дальной» партии. Вот тогда-то, во из-бежание дальнейшего обострения скандала или даже раскола, святитель Иоанн и предложил кандидатуру епископа Филарета, самого молодого по хиротонии, человека нового в За-рубежье, не успевшего еще примкнуть к какой-либо «партии» или «сторо-не». Владыка Филарет сравнивал своё избрание со смертным приговором: «моё положение в данный момент мне самому напоминает положение того, кого ведут на смертную казнь», сказал он в своём Слове Архиерейскому Собору.

Владыка Митрополит Филарет правил Зарубежной Церковью двадцать один год, до самой кончины в 1985 году, в день св. Архистратига Божия Михаила. В эти годы, при Митрополите Филарете, Зарубежная Церковь во-истину расцвела, переживая самое славное время своей истории. После раз-рухи, невзгод и нищеты военных лет в Европе и Штатах настал период ста-бильности 1960-1980-х годов. Стала укрепляться и Зарубежная Церковь – это двадцатилетие было временем собирания приходов и общин, временем строительства храмов: от грандиозного собора в Сан-Франциско до крохот-ных часовен на дачных участках русских эмигрантов. Появилась возмож-ность миссионерской деятельности, и Православие проповедовалось Зару-бежными пастырями не только в странах русского рассеяния, но и в Индии, и в Африке. Окрепли уже существующие монастыри Зарубежной Церкви, открывались новые монашеские общины. Свято-Троицкая семинария в Джорданвилле обрела статус высшего учебного заведения и стала выпус-кать новые поколения священнослужителей. Типография Свято-Троицкого монастыря стала самым крупным в мiре издательством церковно-славян-ских книг, а многотысячные тиражи святоотеческой и другой литерату-
ры духовного содержания воспитали несколько поколений православных эмигрантов и способствовали быстрому воз-рождению церковно-печатного дела в сегодняшней России. Иконописные мастерские архимандрита Кип-риана (Пыжова) и его учеников привели к подлинному возрождению древ-нерусской иконописи. По всем епархиям открывались церковные школы, приюты, богадельни и старческие дома. Зарубежная Церковь сумела сохра-нить большую часть обителей, учреждений и недвижимости дореволю-
ционной Русской Духовной Миссии на Святой Земле и громадный Ильин-ский скит на Святой Афонской горе. Святцы нашей Церкви пополнились именами новопрославленных святых: св. прав. Иоанна Кронштадтского, св. бл. Ксении Петербургской, преп. Германа Аляскинского и, наконец, – святых Царственных Мучеников и святых Новомучеников и Исповедников Российских. Под омофором Зарубежной Церкви и ея мудрого Первостояте-ля стали искать убежище и представители других православных народов: греки, румыны, болгары, стремящиеся к безкомпромиссному исповеданию Православия, к Истине.

Весь этот расцвет русского Православия в Зарубежье отнюдь не озна-чал, что забыты и покинуты православные русские люди на Родине. Горя-чая любовь к России и гонимой Русской Церкви проявлялась в том, что за каждым богослужением возносились молитвы об освобождении страны от безбожной власти. Зарубежная Церковь мужественно, во всеуслышание
обличала ложь Московской патриархии и выступала в защиту гонимых на Родине. Как бы в завершение своего подвига, Зарубежная Церковь явила в 1993 году своего первого святите-ля и чудотворца, Иоанна Шанхайского, а в 1984 году свою святыню – Монреальскую Иверскую Мироточивую Ико-ну. «Да, мы были богаты», – сказал Владыка Филарет в своём Завещании. Сегодня, когда всё это «расхищено, предано, продано», мы, те, кого Гос-подь удостоил состоять в той Зарубежной Церкви и знать её святителей, плачем о ней, как некогда наши отцы плакали об утерянной Святой Руси.

Да, Владыка Митрополит Филарет действительно был правилом веры, образом кротости, воздержания учителем. В этом никто не сомневается, да-же его враги из так называемой «Зарубежной Церкви» и Московской пат-риархии. Воспоминания о нём всех умиляют, утешают и назидают. Но что именно в духовном облике Вл. Филарета, в его учении, исповедании и цер-ковном служении открывает нам подлинного Святителя Церкви, достойно-го церковного прославления?

Чтобы понять ключевое значение роли, которую Владыка Филарет сыг-рал в развитии Зарубежной Церкви, надо хорошо себе представить время и обстановку, в которой он стал Первоиерархом. Напомним в нескольких словах, что было сделано двумя предыдущими Первоиерархами. Блажен-нейший Митрополит Антоний (Храповицкий), Первоиерарх-основатель За-рубежной Церкви, предоставил ей твёрдую каноническую основу. Мудро истолковав и применив пророческий указ Патриарха Тихона № 362 и со-славшись на пример самостоятельного управления Кипрской Церкви на территории Элладской Церкви во времена пленения Кипра, он обезпечил нашу Церковь свободой и не-зависимостью от мiрских властей и от вмеша-тельства или влияния иных поместных Церквей. Именно благодаря его не-поколебимому авторитету во всём православном мiре, Зарубежная Церковь с самого своего основания везде признавалась как свободная часть гонимой Русской Церкви, как прямая наследница дореволюционной Православной Церкви Российской империи. На долю второго Первоиерарха, Блаженней-шего Митрополита Анастасия (Грибановского), выпало устроение царского пути для Зарубежной Церкви: отказ от подчине-ния и признания церкви, скомпрометированной Декларацией и порабощенной советской властью, – с одной стороны, и отказ от признания над собой канонической власти раз-личных поместных церквей – с другой. Но все эти годы – со дня основания Зарубежной Церкви до 1960-х гг. – русская эмиграция, а вместе с ней и Церковь, надеялись, что коммунистическая власть продлится недолго, рав-но как и порабощение части Церкви этой властью, что положение Зару-бежной Церкви – временное и даже кратковременное. Вторая мiровая вой-на ещё более укрепила эти надежды, создав обстоятельства, в которых без-божный режим мог рухнуть. Однако же надежды не оправдались, более то-го, коммунистический режим не только удержался, но и распространился на Восточную Европу. Сталинскому обману «восстановления» патриар-шества и «свободы Церкви» в СССР поверили многие, и даже Зарубежная Церковь поколебалась за счёт тех, кто присоединился к Московской патри-архии. Владыка Анастасий не был среди тех, кто соблазнился. Этот слабый и немощный на вид старец провёл Зарубежную Церковь через тяжёлые во-енные годы, а в 1945 году один, без какой бы то ни было поддержки силь-ных мiра сего, силою своего великого духовного авторитета воссоздал За-рубежную Церковь, категорически отказавшись признать сталинскую цер-ковную структуру и объявив избрание нового «русского» патриарха неза-конным. В следующем году Митрополит Анастасий созвал первый после-военный Архиерейский Собор Зарубежной Церкви, где эти решения были утверждены уже соборно. В 1950 году Владыка Анастасий и Синод пере-ехали в Америку, и в 1956 были пересмотрены все законоположения, кото-рыми руководствовалась Зарубежная Церковь. Именно тогда было утверж-дено Положение о Русской Зарубежной Церкви, действовавшее вплоть до принятия унии с Московской патриархией в 2007 году. Последующие годы, до избрания Владыки Филарета Первоиерархом, Синод был занят устройст-вом церковной жизни в новых условиях и разбором нестроений, возникших в связи с постройкой собора в Сан-Франциско.

Только с избранием нового Первоиерарха в 1964 году Зарубежная Цер-ковь смогла полностью осознать своё новоё положение, богословски и ка-нонически его обосновать и начать обустройство церковной жизни – и в материальном, и в духовном смысле. Этот период в истории Зарубежной Церкви можно сравнить с IV веком, с эпохой трёх святителей, наступившей по окончании гонений на христиан. Церковь тогда впервые обрела свободу и признание, и перед святителями стали совершенно новые задачи: упоря-дочение церковной жизни и осмысление духовной жизни вне гонений, а также и борьба с возникшими ересями. Так и было в 60-х годах. Обладая мудростью, рассудительностью и трезвением древних святителей, Владыка Филарет сумел распознать дух нового времени и разобрался в новых иску-шениях, с которыми столкнулась Церковь сегодня. К этому времени все уже успели разувериться в надеждах на изменения к лучшему в Советском Союзе, и волна возвращенцев почти прекратилась. Разуверились русские эмигранты и в поддержке западных союзников, которые показали своё ис-тинное лицо, выдав десятки, если не сотни, тысяч русских людей Сталину после войны. Вспомним, что незадолго до избрания Владыки Филарета Ку-бинский кризис 1961 года едва не перешёл в открытые военные действия между Америкой и Советским Со-юзом и привёл к многолетней холодной войне. Новый советский «генсек» Хрущёв, придя к власти, объявил, что он окончательно истребит Православие в России, а Западу обещал, что следу-ющие его поколения будут жить при коммунизме. Иерархи Зарубежной Церкви поняли, что их временное положение продлится ещё не год и не два. Первой их задачей стало изучение и осмысление положения Церкви в России. Необходимо было выработать правильный церковный подход к го-нимым и дать духовную оценку как деятельности Московской патриархии, так и тому, что было известно о Катакомбной Церкви.

Владыка Филарет изложил свою позицию по этим вопросам, ещё буду-чи в Китае. Вспомним, что он единственный во всём Харбине призывал свою паству не верить коммунистической проповеди и не возвращаться в СССР, за что, в угоду безбожной власти, ему запретили проповедовать с амвона. И он проявил явное исповедничество тем, что, защищая в своих
антисоветских проповедях истину, он рисковал жизнью, чудом спасшись из огня при поджоге дома.

Московскую патриархию, в которой Харбинский архимандрит Филарет вынужденно провёл какое-то время, безуспешно пытаясь вырваться из Ки-тая, он не признавал и осуждал всегда. В своём Слове при наречении Вла-дыка свидетельствовал о том, что путь Московской патриархии он всегда считал и теперь считает «фальшивым и лживым», а своё вынужденное пре-бывание в «лже-церковности» охарактеризовал как «бремя тяжкое, беда не-избывная», в чём и счёл нужным покаяться перед Митрополитом Анастаси-ем сразу же по выезде из Китая. В своём Ответном слове свят. Иоан-
ну Шанхайскому и Собору епископов, избравших его Первоиерархом, он опять упомянул о том, что совсем недавно «вырвался из злополучной юрисдикции, вынужденное пребывание в которой … чувствовал как не-счастие, как беду, от которой никуда не уйдёшь». Первое Послание Архи-ерейского Собора, вышедшее вскоре после настолования Митрополита Фи-ларета, о гонениях на верующих, еще раз подтвердило соборное мнение всей Зарубежной Церкви о Московской патриархии. Обличая иерархов этой организации, которые, по словам Послания, «давно потеряли свободу действовать по совести, капитулировали перед советской властью и стали ея рабами», зарубежные иерархи исповедовали себя «свободными пастыря-ми Русской Церкви» и призывали к молитве и к борьбе с коммунизмом: «борьба с ним не политиканство, а борьба со злом и отцом его диаволом. Диавол есть ложь и отец лжи, по слову Христову. Страшными сетями пы-тается он опутать современное человечество. Порвем же эти сети и перед лицом истинного и жуткого положения гонимых братьев наших будем го-рячо молиться Спасителю нашему, ... и пусть не смолкнет вопль наш до тех пор, пока не прекра-тятся издевательства над христианской совестью...».

В Послании от себя лично Митрополит Филарет более подробно разо-брал обстоятельства возникновения Московской патриархии и повторил слова ново-священномученика Иосифа (Петровых) Петроградского о том, что путь соглашения с безбожной властью есть путь «чудовищнаго произ-вола, человекоугодничества и предательства Церкви интересам безбожия
и разрушение этой Церкви». Именно в этом Послании Владыка Филарет впервые открыто заговорил о Катакомбной, или Истинно-Православной, Церкви: «Большинство, отвергшее декларацию, начало нелегальное цер-ковное существование ... многие ... епископы, тысячи священников, мона-хов, монахинь и мужественных мiрян ... стали ... совершать богослужения тайно, скрываясь от властей ... положив таким образом начало Катакомб-ной Церкви в Советском Союзе». Владыка Филарет восхвалил подвиг ката-комбников и исповедал своё духовное единство с ними: «Честь и хвала Ис-тинно-Православным Христианам – героям духа и исповедникам, не скло-нившимся перед страшной властью, которая может держаться только стра-хом и насилием и привыкла к подхалимству своих подданных. Советские правители приходят в ярость от того, что существуют люди, которые боят-ся Бога больше, нежели людей. Они безсильны перед миллионами Истин-но-Православных Христиан... Русская Православная Церковь Заграницей ... никогда не порывала духовной и молитвенной связи с Катакомбной Цер-ковью на Родине. После последней войны многие члены этой Церкви ока-зались за границей и влились в Русскую Зарубежную Церковь, чем ещё больше укрепили связь между этими двумя Церквами, связь, которая поддерживается нелегально и поныне. Чем дальше идёт время, тем всё больше она крепнет и налаживается. Свободная зарубежная часть Рос-сийской Церкви призвана говорить в свободном мiре от имени гони-мой Катакомбной Церкви в Советском Союзе; она раскрывает всем то поистине трагическое положение верующих в СССР, которое так тщатель-но замалчивает безбожная власть с помощью Московской патриархии...».

В этом Послании Владыка говорил о том, что сведений о Катакомбной Церкви доходило мало; он даже вынужден был цитировать «Словарь атеис-та», выпущенный в Москве в 1964 году и неожиданно, впервые за долгие годы, упомянувший о Катакомбной Церкви. Владыке Филарету, как и все-му епископату Зарубежной Церкви, конечно, хорошо была известна исто-рия возникновения Катакомбной Церкви и движения Истинно-Православ-ных Христиан, со времени неприятия Декларации. Очень вероятно, что уже во время своего служения в Китае Владыка Филарет имел сношения с Ката-комбной Церковью. Например, в своих воспоминаниях о жизни в Маньч-журии самый близкий друг и сотаинник Владыки, архиепископ Нафанаил рассказывает о миссионерских поездках вдоль русско-китайской границы и о перебежчиках через границу. В монашеском братстве при Доме Милосер-дия, в котором состояли Владыка Филарет и Владыка Нафанаил, были мо-нахи из Приморского Шмаковского монастыря, бежавшие из Советского Союза. В очерке «Семь Святых Таинств», основанном на фактах советской жизни, Владыка Нафанаил описал уже собственно катакомбные общины, обслуживаемые нелегальными, тайными священниками, сперва на севере России, а потом на Дальнем Востоке. В этом же сочинении сказано о руко-положении священников тайным епископом в концлагере. Как упоминает Владыка Филарет в своём 1-ом Послании, новые сведения о жизни Ката-комбной Церкви дошли до Зарубежных епископов во время и после войны, когда многие ката-комбные христиане – и духовенство, и мiряне, – оказа-лись на Западе и влились в Зарубежную Церковь. Одни из них были на-сильственно вывезены на работу немцами, другие бежали с территорий СССР, окупированных немцами. Среди таких беженцев были, например, монахиня Магдалина (Ноздрина), духовная дочь и сподвижница нового ис-поведника иеромонаха Серафима (Загоровского), и протоиерей Адриан Ры-маренко, у которого Владыка Филарет долгие годы исповедовался, буду-щий Зарубежный епископ Андрей, духовное чадо преп. старца Нектария Оптинского. Многие из этих бывших катакомбников ухитрялись поддержи-вать связь с родными в Советском Союзе и через них изредка поступали сведения о жизни Катакомбной Церкви. В частной беседе Владыка Фила-рет не раз упоминал о контактах с Катакомбной Церковью, но, конечно, никогда не упоминал подробностей и никогда не называл имён. Поддержку Катакомбной Церкви Владыка Филарет оказывал не только в своих безком-промиссных выступлениях в защиту гонимых верующих, но и на деле, бла-гословив восстановление ее канонической иерархии. Ко времени первоие-раршества Владыки Филарета, о. Феодосий (Журбенко), будущий Владыка Лазарь, смог через Афон наладить контакт с епископом Леонтием Чилий-ским, а после его кончины, – с архиепископом Антонием Женевским. Ката-комбные общины стали поминать Митрополита Филарета как своего Пер-воиерарха. В 1981 году Владыка Филарет дал согласие на тайный постриг и тайную хиротонию о. Владимира Прокофьева, который в 1982 году, уже будучи епископом Варнавой, тайно хиротонисал о. Лазаря во епископа Ка-такомбной Церкви.

В самом начале своего первоиерашества осудив путь Московской пат-риархии и заявив о своём единстве с гонимой Катакомбной Церковью, Вла-дыка Филарет навсегда остался верен этой позиции. При нём Зарубежная Церковь постоянно обличала лживые заверения Московского патриархата на международных встречах о том, что в Советском Союзе нет гонений на Церковь, осуждала панихиды и молебны, которые служили по требованию властей, и сопровождающие их хвалебные речи, а также незаконные выбо-ры патриархов. В частных беседах Владыка Филарет не уставал напоми-нать, что источник пагубного пути Московской патриархии – грех малове-рия и гордыни: Митрополит Сергий и иже с ним пошли на компромисс с безбожной властью, как они говорят, ради спасения Церкви, то есть они «спасали Церковь» своими усилиями, не доверяя Богу, а надеясь только на себя. «Неужели, – говорил Владыка Филарет, – Церковь бы исчезла, если бы все епископы, до самого последнего, остались бы верными Христу, и не согласились бы на компромисс? Можно ли допустить, что Господь, Сам обещавший, что врата адова не одолеют Его Церковь, допустил бы полное уничтожение Церкви?» Не однажды Владыка выражал сомнения в благо-датности таинств Московской патриархии. Мысля соборно, не дерзая выда-вать своё частное мнение за соборное решение, он, тем не менее, не скры-вал своего негодования, когда члены Зарубежной Церкви относились к Московской патриархии как к законной Русской Церкви: «Осмелится ли кто-нибудь утверждать, что Господь и Его благодать пребывают в церкви лукавнующих, которая восхваляет Его осатаневших врагов и сотрудничает с ними? ... Может ли быть благодатной церковь, которая объединилась с богоборцами?! Ответ ясен!» – писал он в 1980 году протоиерею Виктору Потапову. «Принимая советское духовенство, мы применяем принцип ико-номии. И принимаем клириков из Москвы не как имеющих благодать, а как получающих её в самом присоединении. Но признать церковь лукавную-щих носительницей и хранительницей благодати мы, конечно, не можем. Ибо вне Православия благодати нет, а советская церковь лишила себя бла-годати», – пояснял он. Такую твёрдость позиций называли «страшной». И когда Владыка отказался ответить на призыв Американской Митрополии восстановить с ними молитвенное общение, обвинили его в злобе и духов-ной гордыне. Владыка объяснил причины отказа коротко и ясно: «Главный вопрос, разделяющий нас, – вопрос о советской иерархии ... она находится под “омофором” богоборческой власти, не смея без ея “благословения” сту-пить ни одного шага, особенно в своих действиях за границей. Ведь это – и ребёнку ясно! ... Спрашиваю Ваше Высокопреосвященство: неужели Вы по архиерейской совести считаете ... служителей КГБ истинными руководите-лями и возглавителями многострадальной Русской Церкви?»

В семидесятые годы диссидентское движение в Советском Союзе стало говорить о гонениях на Церковь. Тогда многие в Зарубежной Церкви были склонны воспринимать эти заявления как признаки возрождения Правосла-вия и старались поддерживать диссидентов и помогать им, несмотря на их принадлежность к Московской патриархии. Владыка Филарет сразу же по-нял соблазны такого рода деятельности: «...С горечью и досадой читаю и слышу обо всех этих демонстрациях, выступлениях и протестах. Я в них не верю совершенно. Тот, кто правит нашей несчастной Родиной… – боится только Христа и Креста... Вот если бы был дан этим преступникам отпор во Имя Христово Силой Крестною – тогда они расточились бы, яко воск от лица огня...» Тем не менее, к диссиденствующим советским клирикам Вла-дыка относился с сочувствием, потому что в своё время, в бытность свою в Китае, находился в том же положении и не мог избежать зависимости от Московской патриархии. Он не отказывал им в мужестве и даже исповед-ничестве. Отцу Глебу Якунину он писал: «Мы глубоко ценим Ваше усер-дие и Вашу смелость в обличении разных отрицательных явлений окружа-ющей Вас церковной жизни... Вы совершаете подвиг исповедничества ... мы понимаем трудности Вашего положения». Владыка с пониманием отно-сился и к тем, кто увлекался диссидентами, называя о. Виктора Потапова «мой добрый и усердный, но уж слишком стремительный сослужитель». Но принципиальная его оценка церковного диссидентства была отрица-тельной, он считал такой путь тупиковым, потому что, как свидетельство-вал Владыка, этот путь проходил вне истинной Церкви. Единственно вер-ным и возможным путём Владыка Филарет считал путь Катакомбной Церк-ви. Это его исповедание было окончательно утверждено в одном из послед-них деяний его первоиераршества, – в Акте о Прославлении Новомучени-ков, где к Царственным Мученикам, священномученикам и мученикам пер-вых лет после революции присоединены и мученики последующих лет, ко-торые названы жертвами «гонений от обновленческих расколов и исповед-ников, не согласившимися ни на какие компромиссы с антихристовой влас-тью в попытке тогдашних возглавителей Московской патриархии устано-вить одновременное служение Христу и Велиару».

Рассудительность Владыки Митрополита Филарета, которая видна в не-уклонном отрицании лжецерковной Московской патриархии, проявилась и в его борьбе с экуменизмом. Послания, направленные Владыкой Филаре-том главам поместных Церквей, начиная с 1965 года, – как «Скорбные По-слания», так и Послания по случаю разных экуменических актов (о снятии анафем с еретиков, о совместных молениях и служениях, об издании эку-менических исповеданий веры), – войдут в историю Вселенской Церкви как важнейшие вероисповеднические документы нашего времени. Владыка Митрополит Филарет был первым во всём Православном мiре, кто обнару-жил и обличил еретический, антиправославный дух экуменизма во всех его проявлениях, и пророчески определил опасность экуменизма, цель которо-го – подготовить всеобщую катастрофу в будущем. Владыка Филарет по-стоянно призывал к бдительности по отношению к антихристианскому ду-ху нашего времени: «Ныне мы много слышим речей о мире, о мире всего мiра, о мирных конференциях, и т.д. – много красивых слов говорится и пи-шется на эту тему... Сколько лжи, сколько фальши в этих речах! Все эти горе-миротворцы хотят свалить в одну кучу начала, которые совершенно несоединимы и существовать вместе не могут. Огонь не может быть вместе с водой. Одно и то же не может быть одновременно и белым и чёрным. Добро и зло никогда соединиться не смогут. И вот мы со скорбью видим, как эта ложь завоёвывает всё большие и большие позиции, как она всё по-беждает».

Владыка Филарет учил, что в первые века появлялись ереси христоло-гические, которые неправославно учили о Спасителе, или ереси догмати-ческие, которые отрицали или искажали какой-нибудь определённый дог-мат Православия (например, о правильном почитании Божией Матери, или о поклонении святым иконам). Экуменизм же он определил как ересь экклезиологическую, восстающую на православное учение о Самой Церкви как о Теле Христовом и Корабле нашего спасения. Он определил экуме-низм как «ересь ересей», в том смысле, что экуменизм пытается соединить воедино все ереси и злоучения, до каких додумалось грешное человечество, и пытается выдать их за новую истину, за новую церковь. О «любви по-экуменически» Владыка говорил, что такая любовь «широко открывает всем и вся свои “любящие объятия”, но эти объятия готовы насмерть заду-шить истинное Православие, похоронив его в груде неправославных муд-рований», и подчеркивал, что христианская любовь – совсем иная: «ведь не напрасно Апостол любви говорит о том, что человека, неправо говорящего об истине, не следует принимать в дом, ни даже приветствовать, ибо при-ветствующий его участвует в злых делах его». Владыка сознавал, как труд-но современному человеку устоять на узком верном пути: «Жизнь стала сейчас трудна, жизнь стала развращена и грязна, как никогда раньше, и христианину трудно прокладывать путь-дороженьку среди суеты и грязи, которой наполнена теперь жизнь... Часто человек теперь от верности отпа-дает из земных соображений, из-за земных выгод, ища земного благополу-чия». В течение всей своей жизни, всего своего служения Владыка Филарет постоянно призывал к подлинной церковности и верности Истине. Глав-ную беду нашего времени он видел именно в ранодушии к Истине. Чаще всего он вспоминал слова, обращённые к Лаодикийской Церкви в Апока-липсисе: «Знаю твои дела – ты ни холоден, ни горяч. О, если бы ты был хо-лоден или горяч!» (Апок. 3:15), и пояснял: «Под “горячим” св. Отцы пони-мают тех, кто горячо исповедует и защищает истину, а под “холодным” – тех, кто идёт против Нея». Владыка Филарет говорил: «В этих словах Спа-сителя мы видим указание, что лучше быть “холодным”, то есть противни-ком истины, чем быть одним из тех равнодушных... В твоем равнодушии, в твоем безразличии к Истине ты будешь противен для Меня – грозно пред-упреждает Господь... “Ты говоришь: я богат, разбогател, и ни в чем не имею нужды; а не знаешь, что ты окаянен, и беден, и нищ, и слеп и наг” (Апок. 3:17). Вот этими-то последними словами выпукло и точно характе-ризуется теперешнее человечество, которое думает, что оно обогащается новыми истинами в виде модернизма, экуменизма и других ложных уче-ний, а не видит в своем ослеплении того, что окаянно и бедно и нище, и об-нажено от Истины, то есть чуждо Ея. Помните это...».

Провидел Владыка Филарет и роль экуменизма в построении лже-церк-ви антихриста, предсказанном в Апокалипсисе: «...Приближается страшное время, когда пред людьми будет вся видимость благолепия церковного – торжественные службы, церковные чины и т.д. – а внутри полная измена Христову Духу», и в укоренении экуменизма уже и в православном мiре, а не только в инославной среде, видел явные указания на то, что приблизи-лись времена Апокалипсиса.

Ни на одно из Посланий Владыки Филарета не последовало ответа, и его голос остался «гласом вопиющего в пустыне». Но благодаря его много-летней проповеди и непрестанным предупреждениям, в 1983 году Зарубеж-ная Церковь вынесла одно из своих важнейших определений, соборно осу-див ересь экуменизма и предав её анафеме.

О верности Истине было сказано и в духовном завещании Владыки Фи-ларета, найденном в его пищущей машинке в день его смерти: «Держи, что имеешь» (Апок. 3:11). Он писал, что эти слова, взятые из священной книги Апокалипсиса, имеют особо важное значение в наше время, в наши много-скорбные, лукавые, соблазнами исполненные дни, напоминая нам о том драгоценном духовном богатстве, которым обладаем мы, чада Православ-ной Церкви.

Ко времени кончины Владыки Филарета ещё не бытовали термины «мi-ровое» или «официальное» Православие, которое теперь противопоставля-ется Истинному Православию, вот почему эти выражения не встречаются в посланиях или проповедях Владыки. Но, несомненно, Владыка чувствовал и понимал, что большая часть Православия, увлеченная экуменизмом, от-ходит от святоотеческого исповедания Истины, и что только малая часть останется верной Ей. Он говорил о том, что экуменизм готов «задушить» истинное Православие, и тревожился за русский народ. «Не истинное Пра-вославие распространяется там, – писал он 1980 году, – ...под видом Право-славия предподносится булгаковщина, бердяевщина и прочая белиберда евлогианского раскола... Истинная Православная Церковь ушла в катаком-бы – скрыта от народных масс...».

С 1968 года Зарубежная Церковь стала, при личном участии Владыки Филарета, входить в контакт с разными группами старостильников Греции, с истинно-православными других народов. В Америке и Европе были при-няты в Зарубежную Церковь приходы и монашеские общины разных на-циональностей, пожелавшие находиться под омофором истинно православ-ного иерарха. Вся Зарубежная Церковь считала такую поддержку своим священным долгом. Вл. Нафанаил писал: «В борьбе между сторонниками нового и старого календаря получившими преобладание новостильниками были допущены преследования и подчас тяжелые преследования сторонни-ков старого календаря. Это не может не вызвать наших самых горячих и искренних чувств сочувствия к страдающим собратьям. Здесь мы не можем остаться равнодушными, прикрывшись принципом о невмешательстве. Мы должны выражать нашу любовь, наше сочувствие страдающим последова-телям старого календаря...».

Без знания греческого языка, не имея возможности объективно исследо-вать причины разделений между разными старостильниками, трудно было детально разобраться в происходящем и принять правильные решения, но безусловно то, что Владыка Филарет старался поддерживать истинно-пра-вославных христиан и видел будущее Зарубежной Церкви именно в союзе с ними.

Помимо разъяснения экклезиологических и церковно-канонических проблем, Владыка Митрополит Филарет много проповедовал и учил о зна-чении Божественной Литургии, о причащении Святых Таин и о других воп-росах духовной жизни. Он постоянно призывал к частому приобщению,
и при нём начала вымирать дореволюционная традиция причащаться все-
го лишь раз в год. Владыка любил повторять, что дни Причастия – самые большие праздники в жизни человека. Не однажды он выражал мысль, что если бы не произошло грехопадение человека, Христос – Второе Лицо
Святой Троицы всё равно бы воплотился, дабы установить на земле Бо-жественную Евхаристию и открыть людям возможность самого тесного общения с Богом. В этом рассуждении Владыка был последователем св. прав. Иоанна Крон-штадтского, которого особенно почитал.

Подход Владыки к духовной жизни был динамичным, активным, и он требовал того же от всякого христианина. Он говорил о необходимости по-стоянного труда и усилия над собой, о подвиге, о борьбе, о деятельном тер-пении скорбей. В своих проповедях он часто обращается к человеку лично: «Брат-христианин!», или «Помни, душа христианская…». Он никогда не говорил отвлечённо или абстрактно и даже в сложных богословских вопро-сах всегда подчеркивал их практическое значение в жизни Православного Христианина. Упоминая, например, на второй неделе Великого Поста, ког-да отмечается память свят. Григория Паламы, паламистские споры о не -тварном свете, Владыка объяснял, что этот праздник – продолжение и вос-полнение праздника Торжества Православия на первой неделе Великого Поста. На первой неделе Церковь празднует торжество правильной веры, а в день св. Григория Паламы – торжество правильного учения, или подхода к духовной жизни. Перед Плащаницей Владыка Филарет любил говорить о подвиге жертвенной любви Спасителя и о необходимости ответить на эту любовь, воплотить её в нашей жизни.

Много говорил Владыка о стяжании благодати и о святости. Он час-
то повторял, что Господь не требует совершенства от людей, а требует лишь стремления к нему. «Святые, – говорил он, – это грешники, которые умели каяться». В период его первоиераршества Зарубежная Церковь про-вела четыре общецерковных прославления: св. прав. Иоанна Кронштадт-ского, преп. Германа Аляскинского, св. бл. Ксении и свв. Новомучеников, а также местное прославление преп. Паисия Величковского на Святой Горе Афон. Прославление св. прав. Иоанна Кронштадтского было одним из пер-вых деяний Владыки Филарета после его избрания Первоиерархом. К это-му времени вопрос о прославлении стоял на повестке дня уже десять лет. Сомнений в святости Кронштадтского пастыря ни у кого не было, но Зару-бежная Церковь никак не могла найти правильного подхода к делу, которое должно было бы исходить из всей полноты Русской Церкви. Владыка от-крыл путь к прославлению, объяснив, что «мы святых не делаем, мы только свидетельствуем о тех, кого Господь уже прославил на небе». Прославле-ние это было первым из тех дивных духовных торжеств, какими явились все прославления новых святых при Владыке. В ответ на столь великую любовь к Своим угодникам Господь прославил самого Владыку явным признаком святости – нетлением мощей. Действительно, не мы делаем свя-тых, и Владыка Митрополит Филарет в нашем прославлении не нуждается. Но мы нуждаемся в его молитвенном предстательстве. И как можем мы не присоединить наши голоса к небесному лику ангелов и угодников Божиих, которые поют величание ему на небесах?

Святителю Отче Филарете! Настави нас на путь правый, укрепи нашу веру, научи нас твоей рассудительности и духовному трезвению! И моли Христа Бога, да помилует души наша. Аминь.

Освященный Собор Русской Истинно-Православной Церкви всем вер-ным чадам Церкви на Родине и в разсеянии сущим – радоваться о Господе, Святой Церкви Божией и Святых Ее предстоятелях!

Ныне Освященный Собор прославляет в лике святых одного из великих предстоятелей Истинной Церкви, коего Сам Господь прославил нетлением мощей и коего верующие давно почитают за святого – Первоиерарха Зару-бежной Церкви Святителя Филарета (Вознесенского).

Велик подвиг Святителя, совмещающий преподобнические труды с проповедью и архипастырством. Подвиг же Святителя Филарета – не прос-то архипастырство, а окормление всей Зарубежной Церкви, подвиг церков-ного строительства в столь сложный период в непростых условиях эмигра-ции. Владыка Филарет стал Первоиерархом неожиданно для себя и для всей Зарубежной Церкви, его кандидатура была предложена непосред-
ственно на выборах Первоиерарха, когда голосование зашло в тупик. Не-жданно став окормителем всей Зарубежной Церкви, Митрополит Филарет отнесся к своему служению с великой ответственностью и трепетом. Он го-ворил, что в момент принятия Первоиераршства его положение можно бы-ло сравнить лишь с положением ведомого на эшафот: так трепетала его ду-ша. И, быть может, этот благоговейный трепет стал залогом его святого служения Богу и Церкви.

Владыку Филарета еще в молодости, в первые годы его священства, на-зывали «пастырем добрым», ибо евангельской любовью горело его сердце ко всякому приходящему. Доброта в сочетании с твердостью и безкомпро-миссностью православного исповедания не есть ли исполнение слов Спаси-теля: «Будьте чисты, как голуби, и мудры, как змеи»? Это удивительное со-четание таких, казалось бы, разных черт, и стало главным качеством души великого Святителя, главным осно-ванием его церковного строительства.

Период истории Зарубежной Церкви, когда Ее окормлял Владыка Фи-ларет, ознаменовался несколькими важнейшими событиями. Прежде все-го, это прославление святых: блаженной Ксении Петербужской, праведно-го Иоанна Кронштадтского, преподобного Германа Аляскинского, наших первейших заступников и молитвенников о страждущей стране и гонимой Церкви – Царственных Мучеников и Новомучеников и Исповедников Рос-сийских. Сейчас трудно представить себе церковную жизнь без почитания этих святых, и Владыка Филарет, как истинный угодник Божий, чувствовал необходимость молитвенного обращения к нашим небесным предстателям, потому одним из первых его деяний после принятия Первоиераршества стало прославление отца Иоанна Кронштадтского, за которым последовал целый ряд прославлений. Святой человек еще при жизни внутренне един со святыми, потому его сердце горит желанием сохранить и почтить память угодников Божиих.

Другим важным событием в истории Зарубежной Церкви того периода стало анафематствование экуменизма. Именно Митрополит Филарет назвал его «ересью ересей», предвидя ту страшную пропасть, в которую поведет экуменизм своих сторонников – создание единой религии, подготовка тро-на для антихриста. Вот где ярче всего проявилось сочетание чистоты и мудрости: проповедь православия иноверным, христианская любовь ко вся-кой душе человеческой, кротость и смирение – да, но молитвенное и евха-ристическое общение – нет! В этом Владыка Филарет был истинным после-дователем своих предшественников, Митрополитов Антония и Анастасия, которые много заботились о проповеди иноверным православия, но никог-да не погрешили против чистоты своего исповедания. Однажды Митропо-лит Антоний, будучи приглашенным в англиканское собрание и принуж-денным произнести для всех слово, не смутился присутствия англиканских архиереев и сказал: «Благочестивые люди есть везде, но благодатные – только в Православной Церкви». Так коротко, в нескольких словах Митро-полит выразил самую суть смиренного и целомудренного отношения Зару-бежной Церкви к иноверным. Анафематствование экуменизма стало логи-ческим завершением начатого Митрополитами Антонием и Анастасием; история подтвердила справедливость слов Владыки Антония: экуменизм, начинавшийся как поиск истинной религии, переродился в движение, пре-небрегающее Истиной ради вселенского лже-единства, и Митрополит Фи-ларет, оберегая паству от этой «ереси ересей», анафематствовал экуменизм.

Нельзя забывать и еще одно важное деяние, которое совершила Зару-бежная Церковь под руководством Святителя Филарета. Как истинный цер-ковный созидатель, он умел заглядывать далеко вперед и заботиться о
собирании и о будущем Церкви. Как собиратель, он всячески стремился к поддержанию связи с Катакомбной Церковью, а как созидатель – к восста-новлению в Ней иерархии. Святитель Филарет смотрел на страждущую Ка-такомбную Церковь в России как на «Церковь-сестру», как на равночест-ную с РПЦЗ часть единой Поместной Российской Церкви. При Митрополи-те Филарете был рукоположен для окормления Катакомбной Церкви Архи-епископ Лазарь (Журбенко, будущий Председатель Синода Русской Истин-но-Православной Церкви). Рукоположение было тайным, ибо его соверше-ние было сопряжено с опасностью. Но это не остановило Святителя, он должен был передать в Россию то, что увезли из нее архиереи-эмигранты, – апостольскую преемственность, без которой невозможно иерархическое устроение Церкви.

Вот перед нами лишь малая толика сделанного Митрополитом. Не пере-честь всех его трудов, всех приведенных им к Богу душ и сохраненных в лоне Церкви, всех его добрых писем, посланий, всех мудрых решений, всех смиренно перенесенных им скорбей, непонимания и одиночества, которое он нередко ощущал, предчувствуя апостасийные процессы в РПЦЗ… Сей-час, когда прошло немало времени, когда Церковное управление вернулось в Россию, когда святые, прославленные при Святителе Филарете, стали на-шими любимыми святыми, к которым мы чаще всего обращаемся и в честь которых называем свои храмы, когда экуменизм охватил всю планету, но мы не участвуем в этом движении, что сейчас мы можем испытывать к Владыке Филарету, кроме благоговейной благодарности за нашу Церковь?

Ныне мы прославляем Святителя Филарета и просим его молитвенной помощи и заступления за нас пред Престолом Божиим. Тот, кто все труды свои посвятил собиранию и созиданию Церкви на земле, не оставит Ее в своих молитвах и на небе.

Освещенный Собор Русской Истинно-Православной Церкви определя-ет:

1. Прославить в лике Святых Святителя Филарета (Вознесенского);

2. Нетленные останки Святителя Филарета почитать Святыми мощами и воздавать им подобающее чествование;

3. Изображение Святителя Филарета почитать святой иконой, заботить-ся о распространении копий иконы Святителя на приходах;

4. Составить Службу Святителю Филарету и ввести ее в богослужебную практику;

5. Установить празднование памяти Святителя Филарета в день Филаре-та Милостивого, небесного покровителя Святителя – 1/14 декабря; в этот день неукоснительно совершать службу Святителю Филарету;

6. Почитать творения Святителя Филарета святоотеческими и заботить-ся об их распространении;

7. Составить церковное житие Святителя Филарета.

Радуйся свzтителю хртовъ филарете, / благоухан-ный цвёте райскiй, / вёрныхъ просвэтленіе, / бцы вратарницы, zвленныя въ монреальской иконэ, избранниче / блочестія чудный ревнителю / нечес-тивыхъ wбличителю / свэтильниче многосвётлый / закономъ бжіимъ просвэщая вся народы / гда бга нашего моли / да свэтъ хртовъ просвэщаетъ душы нашя // и uготовитъ насъ къ пришествію хртову.

Радуйся бжтвенный оче филарете / стыхъ всэхъ
временъ подражателю / ибо гдь дарова ти премуд-рость соломwнову / цэломудріе iwсифа / неsлобіе мwyсея / илjину непоколебимую ревность / кро-тость цря давiда / благоразумное терпеніе праведна-го јwва / воистину бо премудръ бЁ / и zкw вто-рый маркъ ефесский / вэру чисту соблюди / макси-мово исповэдание и мужество показуя // до конца стоялъ eси супротивъ бгоtступникwвъ.

Радуйся сосуде премудрости / радуйся златоткан-ная ризо бгословія / пламенный защитниче правыя вэры / истинный постниче и подвижниче / сердца вэрныхъ напояя благодатию / и sлая намэренія не-вэрныхъ zкw мечемъ tсэкая / радуйся еђльскія любве истинный дэлателю // нищихъ и uбогихъ ско-рый и щедрый помощниче.

Все tложивъ w земныхъ попеченіе / и страстей мучительство далече t себe tринувъ / t юности возлюбивъ молитву, храмъ и стая таинства / zкw прославленный тобою кронштадтский пастырь iwаннъ / наставляяй насъ къ небесному црствію / q бго-мудре oче филарете / ведя насъ путемъ uзкимъ въ тэсная врата / да не погибнемъ нерадивше / w спа-сеніи душъ нашихъ.

Q новоявленный стителю послэднихъ временъ / измлада путь заповэдей хртовыхъ возлюбилъ eси / возращая въ себе истинное блгочестіе / веліимъ тер-пенiемъ стяживая душу свою / тяготы другихъ но-силъ eси / терпя кроткw клевету собратiй твоихъ / не разумэвающихъ zкw ты столпъ духа oгненный былъ eси. / велія твоя добродэтель на земли / и велія слава на небесехъ / пастырю нашъ дивный фи-ларете / моли w душахъ нашихъ.

Равноаггельно на земли пожилъ eси / и днесь на небесехъ со аггелы ликующе / наслаждаяся неизречен-ныя красоты лица бжія / прославляя eго со всэми небесными силами / q бгомудре филарете / рэвнос-тію uподобился eси воеводэ небесныхъ силъ / миха-илу архистратигу / предъ дверьми рая со острымъ мечемъ стоящему / црковь хва тя съ нимъ про-славляетъ / zкw въ день eгw памяти предъ престо-ломъ бжіимъ предсталъ eси / и съ нимъ совокупно моли хрта бга w насъ / да до конца временъ пребу-демъ / вэрными чады истиннагw православія.

Настало eсть время мрачное всэми народы tпаде-нія / и вселенная вся исполнися всякагw sла / но намъ гдь премилостивый / дарова тя, стителю фи-ларете / да zкw давiдъ иногда / избiеши мысленнаго велія голiаfа икуменическаго / боряся за истину церковную. / ты защитилъ eси вэру православную / послэдуя uченію стыхъ oцъ / tгналъ eси лжеучи-телей sловэрныхъ / и zкw wгражденіе на вся буду-щія времена // tлученію t хртовы цркви ихъ преда-де.

Дхомъ провиделъ eси, / стителю oче филарете, / будущая цркве твоея зарубежныя / юже паствилъ eси / мракомъ wбятая / браней и раздэленія ис-полненная / за tступленіе и преумноженіе беззако-нія uмаленная / тэмже uсерднw молился eси / чадwмъ твоимъ въ вэрэ православной / непоколеби-мw пребывати.

Преблаженне oче филарете, / благий и вэрный дру-же гднь, / стителей uкрашеніе и oцевъ славо, / словесъ eђльскихъ вэрный хранителю, / zкоже въ житіи, тако и въ преставленіи твоемъ, / дивный во стыхъ своихъ бгъ тя прослави, / нетлэніемъ стыхъ мощей твоихъ. / и нынэ предстоя престолу вседер-жителя, / молися прилежнw w насъ, / совершаю-щихъ сщенную память твою.

Пріидите, вэрніи, / стителя филарета вси восхва-лимъ, / zже въ житіи своемъ / попеченіе изрядное w паствэ показа, / словомъ своимъ бгодохновен-нымъ / и писаньми w правой вэрэ / uченіе стыхъ oтецъ w цркви стой / чадwмъ твоимъ изяснилъ eси, / въ православіи ихъ uтверждая.

Воспоимъ стителя хртова филарета, / добраго благовэстника eђлiя, / w сиротахъ имэя попеченiе, / отрокwвъ и юныхъ приснw поучая, / инокwвъ и инокинь наставниче, / пастыремъ бывъ wбразъ вэры и благочестiя, / тэмже и насъ uмудри ко спасенiю, / въ истинэ хртовой uтверждая, / и на судэ бжiемъ буди намъ споручникомъ.

Прославленiю стыхъ uгодникwвъ ревнителю / eди-носэльникъ тэхъ по смерти zвился eси / ибо див-ный во стыхъ своихъ гдь / благодать нетлэнiя те-бэ дарова, / нынэ со пастыремъ кронштадскимъ iwанномъ / съ аляскинскимъ подвижникомъ герма-номъ / съ праведною ксенiей блаженною / и сонмомъ новомученикwвъ россiйскихъ / молися прилежнw w насъ.

Како тя воспэти возможемъ, / стителю бжiй филарете; / uвэнча бо тя гдь вэнци преподобiя, / исповэдничества и святительства, / домъ дха стагw zвился eси, / uма чистоту стяжавъ, / аще и въ таиныхъ подвизэхъ теченiе совершалъ eси, / изясн-ялъ eси людемъ тайны жизни дховныя, / лучи сло-весъ твоихъ просвэщая насъ, / uкрэпи насъ на пути uзкомъ и тэсномъ, / моля хрта бга, / да спасетъ душы нашя.

Исповэдниче православiя, избранный архипастырю цркви хртовыя, / послэднихъ временъ великiй свэ-тильниче, / истиннагw православiя хранителю и за-щитниче, / sлоученiй новыхъ временъ на вся времена посрамителю, / стыхъ канонwвъ и догматъ бжтвен-ныхъ uчителю, / бгоносне oче нашъ филарете: / моли всемилостиваго бга да цркви миръ даруетъ / и душамъ нашимъ велiю милость.

Златоусту славному по силэ слова uподобися, бга слова преславнw воспэлъ eси, стителю филарете, то-бою бо бгъ uкраси црковь свою, zкw блистаеши свэтлымъ житiемъ и wзаряеши насъ лучи богомуд-рыхъ посланiй твоихъ: тэмже нынэ празднуемъ стую память твою.

Воистину, бце, рэки благодати t иконы твоея курския истачаеши, стителю нашему и всэмъ же лю-бовiю къ ней притэкающимъ жажду духовную uта-ляеши, и грэхи wмываеши, радость же духовную черпати подаеши.

Велiе попечениiе w юныхъ имэлъ eси, стителю фи-ларете, eже быти имъ благочестивыми, и вэрными чады цркви хртовыя, zвился eси uчитель молит-вы, zснw наставляя, како должны eсмы прэдъ ли-цемъ бжiимъ предстояти и молитву покаянiя тво-рити.

Zкw необоримую стэну и источникъ чудесъ стя-жалъ eси, стителю нашъ филарете, wбразъ бцы прчтыя, тэмже молимъ тя, миръ цркви нашей да-руй, и душамъ нашимъ велiю милость.

Правду хртову въ житiи своемъ восписуя, въ хин-ской странэ гоненiе t идолопоклонникwвъ претерпелъ eси, но ничтоже тя хртовы любве tлучи: ни раненiе тэла, ни темничное заключенiе, ни смертнагw wсуж-денiя прещенiе, гонителей бо свирэпство низложивъ, восприялъ eси подвигwвъ, оче, вэнецъ.

Вэрою сердечною ститель филаретъ wбразъ твой леснинскiй почиталъ eси, влдчице, uмныма oчима зряще покровъ бгоматере надъ обителiю eя приснw пребывающiй, тэмже зовемъ ти: радуйся, предста-тельство наше и заступленiе.

Uста моя возглаголютъ премудрость, / и поуче-нie сердца моегw разумъ.

Наслэдниче бжiй, / сопричастниче хртовъ, / служи-телю гдень, / святителю oче филарете, / молитва-ми и скорбьми многими / въ житiи твоемъ хрту соединився, / uчитель изряденъ, / и помощникъ паствэ твоей zвился eси, / w цркве премногw бо-лэзновалъ eси, / tступленiе и раздранiе ризы хрто-выя предзрэлъ eси, / oбаче бжтвенною любовiю uкрэпляeмъ, / насъ къ покаянiю и примиренiю до нынэ призываеши, / и на стезю спасенiя наставляе-ши.

T юности храмъ бжiй возлюбилъ eси, стителю филарете, zкw oтрокъ прохоръ, будущiй серафимъ преподобный. градъ курскъ васъ обоихъ породи, да многимъ путь спасенiя uказуете.

Тайны бжiагw домостроительства и толкованiе w грядущей апостасiи впервые t oтца твоегw, бого-мудрагw архипастыря хайларскогw димитрiя первэе uслышалъ eси, w нихже приснw поучалъ eси, насъ uготовляя къ подвигу стоянiя во истинэ.

Частw службу бжiю въ дэтскихъ играхъ изобра-жалъ eси, oтче филарете, сокровеннw на будущее твое служенiе uказуя. научи и насъ, q пастырю возлюбленне, ко храму бжiему и молитвэ всэмъ сердцемъ и uмомъ прилэплятися.

богородиченъ: Еже радуйся, тебе зовемъ со агге-ломъ, q благая вратарнице, въ иверскомъ храмэ гра-да харбина святителемъ нашимъ во oтрочествэ воспэваемая.

Филаретомъ, любителемъ добродэтели во иночест-вэ нареченъ бэ, zкw покровитель твой щедрому бгу подражалъ eси, премногw благотворя. и нынэ, q милостиве oтче, наша wбнищавшая сердца не пре-зри, но твоими дары wбогати.

Игнатiя, кавказскагw святителя, писанieмъ вни-мая, oтче, такожде и знанiе писанiй oтеческихъ приобрелъ eси, мудрость стяжавъ духовную и чада послушанiя во множествэ приобрелъ eси, ихже къ цртву небесному духовнw руководилъ eси.

Лэствицу преподобнагw iwанна и прочiя иноческiя uставы даже до конца днiй твоихъ приснw предъ uмныма oчима держалъ eси, молитвою непрестан-ною и любовiю uкрэпляяся, таже тэрпенiемъ скор-бей находящихъ uтверждаяся.

богородиченъ: Аггельское житiе и oбразъ иноческiй oсобw покрывая, дво прчтая, печали и скорби сти-теля нашего uтоляя, и нашъ путь къ бгу покая-нiемъ истиннымъ uкрэпи.

Духовныма oчима зря въ будущее, oтче досто-хвальне, призвалъ eси, да держимъ, что имэемъ, tступленiе многыхъ и грядущую апостасiю предзрэлъ eси, iерарси бо и священницы нэцыи изъ чадъ тво-ихъ на стезю iуды предателя ступивше, суета бо и тщета мiра сегw паству твою wбуреваетъ, вэра wскудеваетъ, любовь истощеваетъ, надежда изсяка-етъ, и теплохладное uма настроенiе часъ апокалvpiса вскорэ наступи. моли милостиваго бга, да сохранитъ црковь нашу t нестроенiй, намъ же непоколебимымъ въ вэрэ быти и въ покаянiи пребывати, да спасемъ душы нашя.

Да бэжитъ t насъ, братiе, uнынiе, тучи помыс-лwвъ молитвами стителя да развэются, се бо сама бгоматерь посредэ насъ пребываетъ zвственнw, во иконахъ своихъ чудотворныхъ поклоняема, тэмже из глубины сердца возопiимъ: престая влдчице, не-tступнw до конца съ нами пребуди.

Работая бгу въ аггельскомъ чинэ, служенiе ближ-нимъ не tставил eси, о сиротахъ попеченiя имэя, и закону бжiю ихъ поучая, въ домэ милосердiя послу-шанiе свое неся.

Егда санъ священства приялъ eси, oтче, служе-
нiемъ литургiи и причащенiемъ стэйшихъ таинъ uкрэпляемъ бэ, симъ наставляя насъ, како должни есмы предъ лицемъ хртовымъ приснw предстояти. къ сему таинству со страхомъ бжiимъ и неосужденнw приступати твоими молитвами, сте филарете, насъ сподоби.

Тайноводствуя многими ко спасенiю, ты uчилъ eси, zкw молитва, правая вэра, и терпенiе скорбей потрэбны суть, во еже намъ спастися. помози намъ, наставниче нашъ oтче филарете, да uченьми твоими wграждаеми, спасенiе душъ нашихъ uлучимъ.

богородиченъ:Егда въ сиротскомъ приютэ священ-нодэйствовалъ eси, стителю филарете, предъ wбра-зомъ пречтыя всэхъ скорбящихъ радости предсто-ялъ eси, ходатайства твоегw предъ сномъ твоимъ прося, да насъ, грэшныхъ t напастей и скорбей изба-витъ.

Монашескiя добродэтели: кротость и смиренiе, и любовь о гдэ, и въ архiерейскiй санъ wблеченный zвлялъ eси, иго хртово чрезъ все житiе добрэ про-несый, молися нынэ и w насъ, q святче, да и мы, на земли добрэ поживше, цртвiя бжiя наслэдницы быти сподобимся.

Wбразъ послушанiя и своея воли tсэченiя zвилъ eси, жезлъ первоiераршества по зову стителя iwанна и призванию собора прiемъ, архипастырю нашъ oтче филарете, тэмъ многия люди во wградэ црковной соблюдая. сотвори и насъ zкw словесныя oвцы до-стойны быти пажити твоея.

Лукавство и мудрость мiра сегw посрамляется, изволися бо дху стому поставити тя во главу црк-ве, блаженне oтче филарете, да послэднiй бысть пер-вый, и да во дни испытанiя вэры, свидэтельствуе-ши крэпкое въ ней стоянiе и паству твою невреж-денну соблюди.

богородиченъ: Имуще тя, бгородице, uпованiе и предстательство, вражiихъ навэтwвъ не uбоимся, ибо путь правый на все времена uказала eси, во wбразэ oдигитрiи коренно-курскыя при стителе фи-ларете пребывающи.

Бжтвенная uста твоя о црковной правдэ взыва-ли eсте, сергiево лукавство wбличая, и пастыри ка-такомбныя заступая, zкw исповэдницы ихъ про-славляя, таже и нынэ вэрныхъ научи въ скорбныхъ wбстоянiихъ твердw во истинэ стояти.

Oгнедохновеннымъ словомъ твоимъ, стителю хртовъ, подвигъ святыхъ новомученикwвъ и испо-вэдникwвъ прославися, ты бо много о цркви русской болэзновалъ eси, и насъ, да внимаемъ себе научая, да не паки гнэвъ бжiй наведемъ на ся, и въ нестроенi-ихъ црковныхъ тяжцэ повинни будемъ.

Гдь на небеси царя мученика и дружину eгw про-слави, и zкw цвэти россiйскагw луга духовнагw весь сонмъ новомученикwвъ процвэте, ты же на земли ихъ прослави, новыя заступники и ходатаи предъ пре-столомъ всевышнягw намъ даровалъ eси.

богородиченъ: Азъ, дво стая, къ покрову твоему прибэгаю, любовь стителя нашего филарета къ тебе вспоминая, симъ бо вэмъ, zкw wбрящу тобою спа-сенiе, можеши бо, чистая, помощи мнэ.

Пастырю вэрный истинныя цркве хртовыя, / стителю oтче филарете, / богомудрая дэянiя вели-кихъ богословwвъ прiимъ въ сердце твоемъ, / zкw истинный собесэдникъ богоtкровенныхъ таинъ / uченiя святыхъ oтецъ проповэдалъ eси мудрw, / призывая всэхъ спастися во истинной цркви хрто-вой. / днесь на небесехъ веселися / и мы чада твоя зовемъ ти: / радуйся, стителю филарете, // вэры православныя послэднихъ временъ великiй проповэд-ниче.

Аггелоподобное житiе твое, стителю Филарете, тайны будущагw вэка ти tкры, и сотаинникомъ тя богоносныхъ oтецъ содэла, непрестаннw бо зрэлъ eси законы бытiя вэчнагw. дивящеся любо-мудрiю твоему взываемъ ти сице:

Радуйся, zкw священномученикъ игнатiй бгоно-сецъ, приснw хрта въ сердце твоемъ носилъ eси,

Радуйся, zкw ститель василiй великiй, мужествен-нw стую троицу исповэдовалъ eси,

Радуйся, zкw ститель аfанасiй, тайну воплощенiя сна бжiя намъ изясiялъ eси,

Радуйся, zкw златоустъ, суету мiра сегw wбличая, глубину еvльскагw uченiя воспэвалъ eси,

Радуйся, zкw палама, ко истинному богоwбщенiю призывалъ eси насъ,

Радуйся, zкw ститель маркъ ефесскiй, частью ма-лагw стада хртова быти возжелалъ eси,

Радуйся, zкw исповэдникъ максимъ мужествен-нымъ, zкw столпъ непоколебимый, пребылъ eси,

Радуйся, zкw iwаннъ лэствичникъ, t юности горэ по лэствицэ небесной uстремился eси,

Радуйся, zкw iwаннъ кронштадтский, бжтвенны-ми тайнами приснw uкрэпляем бэ,

Радуйся, zкw ститель fеофанъ uединенныя мо-литвы желалъ и многихъ на путь ко спасенiю наста-вилъ eси,

Радуйся, zкw писаньми стителя iгнатiя иночес-кому терпенiю скорбей научился eси,

Радуйся, zкw шанхайский ститель попеченiе о паствэ твоей въ странствiи ея имэлъ eси,

Радуйся, стителю филарете, вэры православныя послэднихъ временъ великiй проповэдниче.

Доблiй защититель святоотеческагw православiя былъ eси, oтче нашъ филарете, посланiями скорбны-ми догматъ о цркве хртовой во всю землю и во вся концы вселенныя проповэдуя.

Апостольскiя преданiя хранилъ eси, древнiй кален-дарь цркве соблюдая, eгоже ревнителей въ иныхъ на-родэхъ под oмофоръ свой принимая, и цркви ихъ uкрэплялъ eси, братiями ихъ исповэдуя, ибо тебэ по слову апостола нэсть ни iудэй ни еллинъ, все мы хртови суть.

Воистину zкw единъ t древнихъ былъ eси, oтче филарете, ибо ты sлоученiе икуменическое распозналъ eси, iерарси нэцiи sлохудожная дэянiя сiя zкw wб-новленiя благая нарекоша, симъ паству въ смятенiе приведоша. ты и нынэ паству свою неврежденну t навэтwвъ лукавнующихъ сихъ соблюди.

богородиченъ: Едина чистая и пречистая дво, се нынэ время заступленiя твоегw прiиде, uмножив-шимся бо соблазномъ, се время нашихъ къ ней воздыханiй: рцэмъ uбо t всегw сердца: владычице, помози.

Россiйскагw свэтильника, кронштадтскагw uчите-ля покаянiя и чудотворца прославилъ eси, wбразъ сей дивный паствэ своей дарова, тэмже нынэ съ пра-веднымъ oтцемъ iwанномъ взываеши: да благосло-витъ тварь вся гда, и превозноситъ во вся вэки.

Uблажая подвигъ еvльскiя проповэди непросвэ-щеннымъ народwмъ, преподобнагw германа, аляскин-скагw свэтильника, въ сонмэ святыхъ воспэлъ eси, съ нимъ купно зовя: да благословитъ тварь вся гда, и превозноситъ во вся вэки.

Uтолити печаль и скорби странствующагw твоегw стада желая, къ бездомной странницэ петрова града, юродивой ксенiи насъ прибэгати научилъ eси, да купно съ ней воззовемъ: да благословитъ тварь вся гда, и превозноситъ во вся вэки.

Како не дивимся неизреченной любви и милосердiю бжiю! бгъ, прославляемый во святыхъ своихъ, тя прослави нетлэнiемъ, oтче филарете, да мы купно съ тобою возопiимъ: да благословитъ тварь вся гда, и превозноситъ во вся вэки.

богородиченъ: Радуйся, вселенныя похвало, радуйся, всэхъ прибэжище, радуйся, славо православныхъ чест-ная, купно со всэми святыми взывалъ eси, стите-лю, пречистую прославляя.

Рэвностiю по истинэ на высоту добродэтелей возшедъ, славы мiра сегw uдалялся eси, сте, взыс-куяй славы токмо t хрта, нынэ насъ, малое стадо настави, да не раболэпствуемъ предъ сильными мiра сегw, токмо eдиному црю небесному боголэпную честь воздавая.

Егда прiидетъ гдь, судiя страшный, вэру wбящетъ ли oнъ на земли; тэмже научалъ eси насъ, немощ-ныхъ, да держимъ, что имэемъ, и въ часъ тотъ трепетный предъ нимъ ходатайствуй о насъ, филарете достопамятне.

Прiидите вси вэрнiи, въ oтечествэ филаретовомъ и въ разсэянiи сущiи, воспоимъ сего столпа правосла-вiя непоколебимаго, шедшаго тэснымъ путемъ ко спасенiю, да сподобимся и мы молитвами eгw въ славу гда нашегw внити.

Истины бжтвенныя рэвностный проповэдникъ ты былъ eси, oтче филарете, и мудростiю словесъ твоихъ и uченiй наставляеми, просимъ, да приснw пребываеши теплый молитвенникъ о насъ ко гду, приснw память твою празднующихъ.

богородиченъ: Торжествуйте, людiе, стителя фила-рета память празднующе, oнъ бо служитель храма богоматери бывъ, прославивъ ту, zкw oдигитрiю на-шу ко спасенiю.

Zкw свэтильника на свэщницэ свыше свэтомъ хртовымъ просвэщаемаго, стителя филарета нью-йоркскаго, ликующе, пэсньми и пэньми почтимъ, нынэ бо предстоя престолу гдню, не wстави насъ, oтче, молитвами твоими.

Q престая бце, красное селенiе бга и слова, помози намъ, пречистая, терпенiе и uпованiе стяжати и молитвами стителя филарета спасенiе uлучити.

Zкw ревнитель православнагw благочестiя, / zвился eси, oтче филарете, / малымъ дитятей за-пwвэди хртовы въ сердце своемъ слагая, / бгомъ дарованный талантъ десятерицею uмножилъ eси, / ибо просиялъ eси zкw послушникъ святыхъ oтeцъ, любовiю evльскою спасительною црковь бжiю паст-вилъ eси, / и намъ, въ духовномъ невэденiи пребы-ваемымъ, / пошли свэтъ богопознанiя, да и мы сыны свэта содэемся, // q богомудре филарете.

Небесный человэче и земный аггеле, / свэтиль-никъ oтечества своегw oтче филарете, / по природэ былъ eси человэкъ, / но по ревности сталъ eси среди аггеловъ, / zкw вторый iлiя, / нечестивiя uкоряю-ще, / православiе защитилъ eси, / злоученiе икуме-ническое wсудилъ eси, / богохульникwвъ анафемэ предавъ, / и t духовныхъ волкwвъ, ложныхъ братiи sловэрныхъ / свое стадо сохранилъ eси.

Нощнэй тьмэ wгустевающей, / uмножается звэздный блескъ, / и ктому oчи насъ немощныхъ радостнw возводятся: / возведемъ горэ oчи наши, братiе, / и сiянiе добродэтелей стителя филарета uзрэвше, / къ небесному oтечеству потщимся, / держа, что имэемъ, / храня завэты oтеческiя, / исповэдуя истинную вэру, / молитвами стителя споспэшествуемыя, / да uслышимъ гласъ гда всеми-лостивагw: / вниде, рабе вэрный, въ радость вэчную.

Бгъ тя возвеличи, / стителю oтче филарете, / первоiерархомъ цркве своея поставивъ, / ты же слу-женiе сiе zкw волю благую eгw воспрiимъ, / смирен-номудреннw стадо твое паствилъ eси, / zкw зэницу oка и бисеръ многоцэнный / хранити вэру право-славную заповэдалъ eси, / въ ней бо eсть наше uтвержденiе, / и залогъ жизни вэчныя, / сегw ради тя сердцемъ uмиленнымъ uблажаемъ.

Бце, всэхъ царице, / православныхъ похвало, / eретичествующихъ шатания разори, / и лица ихъ по-срами, / не кланяющихся, ниже чтущихъ, пречистая, / честный твой oбразъ.

С О Д Е Р Ж А Н И Е

О подвиге святительского служения Митрополита Филарета (Вознесенского) ....................................................................................

3

Акт о соборном прославлении во святых Первоиерарха РПЦЗ Святителя Филарета (Вознесенского) ................................................

19

Служба святителю Филарету, Митрополиту Нью-Йоркскому и Восточно-Американскому, Первоиерарху Русской Зарубежной Церкви ...................................................................................................

23

митрополиту нью-йоркскому и восточно-американскому,

первоiерарху русскiя зарубежныя цркви

Издание Свято-Богородицкого Леснинского монастыря

Чернигов – Провемон, 2015 г.

Редактор:Шумило В.В., Ромашов Д.А.

Литературный редактор:мон. Евфросиния (Молчанова), Шумило С.М.

Православное издательство

E-mail: veraizhizn@mail.ru

Адрес в интернете:

www.catacomb.org.ua

Православный журнал ,

а также другую православную литературу

можно заказать по вышеуказанным адресам.